b1bff65a     

Арцыбашев Михаил - Сказка Старого Прокурора



Михаил Петрович Арцыбашев
Сказка старого прокурора
Вечер был холодный, уже совсем осенний. Над поредевшими деревьями сада
и черными крышами сараев остро блестел тоненький синий месяц, и в холодном
небе блеск его был тревожен и загадочен. Молча смотрел он на черную
неподвижную землю, в которой не чудилось живой жизни, и что-то видел, что-то
понимал, чего никогда не узнать и не понять людям. Так над огромной черной
могилой ночью встает таинственный синий огонек и тихо стоит над поникшими
травами, молчаливо грустя над чьей-то неисповедимой судьбой.
На балконе старого барского дома одиноко горела свеча в стеклянном
колпаке, и толстая с короткими пальцами рука бывшего прокурора неприятно
ползала по залитой красным вином скатерти, посреди грязных тарелок и
стаканов, бросая черную паучью тень.
Старый прокурор давно жил в этой забытой усадьбе вымерших бар. Он
совсем опустился, опился, обрюзг, и его огромная косматая голова напоминала
угрюмую морду старого медведя, издыхающего где-нибудь в лесной глуши, никому
не нужного, злого и одинокого.
И голос у него был такой глухой, как будто говорить ему давно не
приходилось, а слушать нужно было только разве уханье выпи над болотом.
Только порой, когда он раздражался, в толстом горле его что-то злобно
взвизгивало.
- Так-то, мой дорогой друг! - говорил он молоденькому франтоватому
следователю Веригину, поневоле заехавшему к нему дорогой с одного дальнего
следствия на другое. - Это только так принято думать... потому что
удобней... будто вся беда происходит от несовершенства суда и правовых
отношений. А на самом деле причина лежит гораздо глубже... Нет такой формы
возмездия, которая не таила бы в себе прямой или косвенной, но непременно
самой варварской, глупой и жестокой несправедливости. Я, знаете, пришел к
тому заключению, что если есть вообще форма возмездия, которой можно отдать
предпочтение хотя бы в силу ее внутреннего смысла, то это только - форма
личного возмездия... Да, дорогой мой!.. Это так, и вольтерьянцы напрасно
ропщут. Грустно, но факт! Печально, но естественно!.. Да!.. Дайте-ка мне
бутылочку, мой друг, я выпью. Холодно уже становится... Ранняя в этом году
осень. И не запомню.
- Послушайте, Кирилл Кириллович! - возмущенно крикнул Веригин. - Ведь
это же черт знает, какая бессмыслица, о чем вы говорите!.. Отдаете ли вы
себе отчет?.. Ведь это же варварство, самосуд, закон Линча!
Старый прокурор отяжелевшим взглядом пьяного человека посмотрел на
своего гостя и уродливо искривил губы.
- Птенчик вы мой зеленый! - вдруг с неожиданной злостью сказал он. - А
почем вы знаете: может быть, закон Линча и есть та идеальная, единственно
разумная форма правосудия, вокруг и около которой человечество будет ходить
вечно и на которую так-таки и не набредет никогда. Может быть, потому, что
мужества не хватит, а может быть... Впрочем, если бы и набрело, то от этого
только еще большая беда вышла бы!
Старый прокурор замолчал и стал тянуть вино, вытянув толстую нижнюю
губу. Крупные, красные, как кровь, капли тяжело падали на его нечистый
парусиновый жилет и расплывались мутными пятнами; а дряблое толстое горло
набухало и спадало, как будто в нем двигалось что-то круглое и живое.
- Если вам так нравится закон Линча, то почему же вы думаете, что от
него еще большая беда произошла бы?.. Казалось бы - наоборот! - с усиленной
иронией произнес следователь.
- Разве мне закон Линча нравится? - удивился прокурор, как будто бы не
совсем искренно. - Мне ровно ничего не нр



Назад