b1bff65a     

Астахова Наталья - Хлеб Для Случайного Путника



Наталья АСТАХОВА
ХЛЕБ ДЛЯ СЛУЧАЙНОГО ПУТНИКА
- Извини, что отвлекаю тебя от святых материнских дел, но мы решили,
что только ты можешь внести хоть какую-то ясность... - Вика, первая
редакционная красавица, так прочно усвоила ироническую манеру говорить,
что теперь, даже если бы и захотела, не смогла бы от нее избавиться.
Однако я ее хорошо знаю, поэтому чувствую, как сквозь иронию и легкую
издевку прорывается тревога.
- Что случилось? - спрашиваю и уже почти знаю, о чем пойдет речь.
Неужели все-таки...
- Ионыч исчез. На работе нет, дома нет. Сережкину машину он вчера
брал. Стоит в гараже. Когда вы ее поставил, Сережка не знает. А Ионыча
нет. Мы решили, может быть, ты знаешь.
- Напрасно решили. Я не знаю.
Вика, наверное, хотела еще что-то сказать, но с меня достаточно.
Кладу трубку. Значит, все-таки исчез...
Наша с ним дружба началась с того, что я разревелась в его кабинете.
Принесла материал в секретариат, новый секретарь начал ворчать, сроки
перепечатки его, видите ли, не устраивают. Я, конечно, не преминула ему
напомнить, что раньше никто на такие мелочи внимания не обращал, и вообще,
некрасиво придираться по пустякам к несчастной замотанной женщине.
- Причем здесь это? - искренне удивился Ионыч.
- Что "причем?" - не поняла я.
- То, что вы женщина. Ни меня, ни читателей это не волнует.
- Боюсь, что это вообще никого не волнует...
И вот тут я разревелась. Потом неожиданно для себя самой все ему
рассказала.
Но сначала, наверное, нужно объяснить происхождение его имени.
Полностью это звучит так - Родион Иванович Кольцов. Учитывая не очень
солидный возраст и простоту редакционных нравов, коллеги отчество
отбросили сразу. Осталось - Родион. Длинно. Стали звать короче - Род.
Возмутился: "Что за страсть к сокращениям. Тогда уж зовите второй
половиной - Ион. Как-то актуальней". Из Иона легко и быстро образовался
Ионыч.
И вот теперь я сидела в кабинете нашего нового ответственного
секретаря Ионыча, плакала и рассказывала о своих отношениях с восьмилетним
сыном.
Мой сын дипломатично молчал, когда в нашем доме появился симпатичный
молодой человек Сережа. Сын благосклонно принял от Сережи цветные
карандаши и надувную сову. Только сказал тихонько: "Сова типа свинья". Я
поняла сразу. Сова была жизнерадостного розового цвета и, когда ее
надували, очень напоминала розового поросенка. Сережа сравнения не
услышал, а может быть, не захотел услышать. Он усиленно пытался наладить
отношения с моим сыном Антоном.
Наверное, симпатичный молодой человек Сережа не чувствовал, что
просто и незамысловато разрушает быт и нравы нашего с Антоном дома. Он
грел для себя молоко по утрам, а мы с Антоном пили кофе или тоже молоко, -
но непременно холодное. Он занимался йогой прямо в комнате, нимало не
смущаясь нашим присутствием, а мы с Антоном привыкли делать зарядку на
балконе; ему не нравился кораблик на стене, а мы его любили. И еще
множество разных мелочей не совпадали.
Меня раздражали его мелкие колкости, придирки, желание иметь максимум
удобств, прилагая для этого минимум усилий. Но я подавляла раздражение,
потому что твердо решила - Антону нужен отец. Что с того, что я умею
играть в хоккей, прилично плаваю, а недавно окончила курсы шоферов. Что с
того, что умею многое из того, что должен уметь папа: менять перегоревшие
пробки, прибивать полки, чинить ботинки, клеить обои? Сколько бы ни
пыжилась, я все-таки женщина, а сыну нужен отец.
И я гасила в себе раздражение. Но ведь не могла же я не замечать, как
с



Назад